В настоящее время появляется все больше переводов Библии или ее частей на русский и на другие языки народов Российской Федерации. Можно давать каждому из них свою оценку, но стоит задуматься и о более принципиальном вопросе: всё ли вообще передается в этой книге однозначному переводу?

Перевод – это всегда мост, соединяющий разные берега. На том, дальнем берегу – жизнь людей два или три тысячелетия назад. И даже то, что кажется нам на том берегу знакомым и понятным, не всегда понятно до конца. Что, например, может быть проще и яснее слова «любовь»? Оно обозначает чувство, которое всем знакомо и выглядит сходно у всех народов во все времена. Это так, но не всякое употребление еврейского или греческого слова, которое мы привычно переводим словом «любить», будет обозначать ровно то, что мы думаем. Да и мы можем сказать: «я люблю свою жену / Бориса Пастернака / этот костюм / жареную картошку / одинокие прогулки / дармовую выпивку», и в каждом из этих случаев слово «люблю» обозначает довольно разные чувства и действия. Примерно так это выглядит и в Библии.

Царь Давид

Например, в 1 Царств 5:1 говорится, что царь Тира по имени Хирам при жизни израильского царя Давида любил его (Священное Писание смягчает эту фразу и говорит «был другом»). Означает ли это, что между Давидом и Хирамом были какие-то особые личные отношения? Но эти два царя, видимо, никогда в своей жизни не встречались, и мы совершенно ничего не знаем об их дружбе. Зато нам известно, что и при Давиде, и при его сыне Соломоне город-государство Тир был активным экономическим партнером Израиля. Если посмотреть и на другие контексты, то можно сделать вывод, что в данном случае еврейский глагол ахав, привычно переводимый как «любить», обозначает не личные чувства, а договорные отношения, связывающие два народа: царь Хирам был союзником и торговым партнером царя Давида.

Но даже там, где библейский текст о любви между двумя людьми, он не всегда делает это именно так, как принято сегодня. Любовь описывается практически всегда как одностороннее действие: мы,
например, читаем, что «Иаков полюбил Рахиль» (Быт 29:18), но совершенно ничего не говорится об ответных чувствах Рахили. Для израильтянина «полюбить» означает сделать свой выбор, и поэтому это слово практически всегда указывает на ту сторону, которая выступает инициатором отношений: мужчина может полюбить женщину, мать или отец любят ребенка – а другая сторона просто принимает это отношение. Читать далее →

Автор Святейший Патриарх Кирилл

24 июля 2010 Предстоятель Русской Православной Церкви посетил Днепропетровское епархиальное управление. В актовом зале состоялась встреча Святейшего Патриарха Кирилла с духовенством епархии, на которой, в частности, Патриарх говорил о проповеди и общении священника с прихожанами. Мы публикуем полностью фрагмент речи святейшего Патриарха ^[1], посвященный проповеди. Патриарх подверг критике практику проповеди без подготовки, зачитывания с амвона текстов прошлого века и повторения из года в год общих слов, подчеркнув важность обдумывания Евангелия и поиск тех смыслов, которое Евангельские строки несут каждому современному человеку.

Нельзя выходить на амвон, не зная, что сказать людям

Многие из вас служат в деревенских приходах. Но ведь даже если вы обращаетесь к простым прихожанам, а потом какая-то старушечка приходит домой, где за столом сидит ее просвещенный сын или дочь, и рассказывает о том, что она услышала в церкви, то ваша проповедь идет туда. Может быть, эта женщина или этот старичок не способны все это преломить или сформулировать так, как надо, но если они передают главную вашу мысль, то эта мысль может либо заинтересовать людей, либо вызвать иронию. В любом случае высокий уровень образованных людей в обществе требует от пастыря огромной дисциплины ума и слова.

Читать далее →

Так получилось, что годовщина смерти великого писателя Чехова, скончавшегося 15 (2) июля 1904 года в немецком городке Баденвейлер, почти совпала с выносом приговора двум малосимпатичным субъектам, которые с помощью странной выставки, где оскорблялись христианские святыни, «боролись» за право неверующих и атеистов давать свои трактовки религиозным символам, а на самом деле просто глумились над чувствами верующих.

Нужно сказать, что и при жизни Антона Павловича Чехова часть интеллигенции активно пыталась доказать, что Бога нет, а верхом либеральной доблести уже тогда считалось сказать фразу в духе «У меня Бог в душе, а Синодальная Церковь не имеет ко Христу никакого отношения, поскольку является служанкой русского царя и русских чиновников». Современник Чехова Василий Розанов писал, что простой народ смотрит на церковь, как на почтовое ведомство и ходит на службу весьма формально, без души.  Так что не стоит воспринимать начало ХХ века как золотой век Церкви и  всеобщей  православной веры. О какой глубокой воцерковленности русского народа  в начале ХХ века можно говорить, если сами будущие святые царственные страстотерпцы, случалось, искали помощи в рождении наследника у различного рода шарлатанов. Читать далее →